“Зеленое” партнерство²

Для китайцев нет стимула активно вкладывать деньги в российские деревообрабатывающие производства. В КНР хорошо развита своя деревообрабатывающая промышленность, и их лишь интересует лес как ресурс. Конечно, есть отдельные совместные проекты. Допустим, недавний пример - НПК “Сибирский Лес” из Омской области установил китайскую сушильную камеру компании Guan Lin. Но это, согласитесь, продвижение технологий, а не инвестиции. Вот к чему стремятся китайцы – брать наши ресурсы, а не создавать в России высокотехнологичные предприятия. Это понимают российские власти, поэтому не торопятся привлекать китайские деньги.

Есть мнение, что российское государство ввело запретительные пошлины на экспорт леса-кругляка, чтобы стимулировать китайцев инвестировать в нашу лесную промышленность. Это не верно. Целью введения пошлин было заставить наших предпринимателей инвестировать в отрасль. Государство рассматривало вариант, когда к участию в таких проектах приглашались бы иностранные компании, но он не был основным. Так как все прекрасно понимали, что иностранные компании вряд ли пойдут в Россию создавать такие производства, потому что тем самым они будут себя лишать работы и денег. Ведь из закупленного российского кругляка, они производят продукцию с высокой добавленной стоимостью и продают ее нам. Так что не приходится удивляться, что китайские предприятия не пришли к нам. К тому же не надо забывать, что в КНР уже созданы свои перерабатывающие мощности, и они прекрасно существуют на поставках нашего круглого леса. И им нет никакого резона создавать себе конкурентов, строя такие мощности на нашей территории.

Проблем для инвестирования в деревообрабатывающий сектор достаточно. Это и неразвитость транспортной и промышленной инфраструктуры, и различные искусственные барьеры на пути китайского капитала, и большой налоговый пресс и т.д. К тому же, вмешался мировой кризис. Допустим, в Нижегородской области был проект “Тайга-Шэньян”, и он “затух” именно в начале кризиса. На мой взгляд, если государство начнет оказывать налоговую и административную поддержку таким проектам, то китайцы придут в нашу лесную отрасль.

Привлекать партнеров нужно не пошлинами, а комплексом мер – и таможенных, и налоговых, и других. Но, как мне кажется, у нас с некоторым опасением относятся к интересу Китая реализовывать крупные проекты, в том числе, в сфере лесопереработки. С другой стороны, КНР не выгодно вкладывать в нашу деревопереработку. Поясню на примере. В граничащей с нами провинции Хэйлунцзян большинство жителей заняты переработкой российского круглого леса на местных заводах. Понятно, что никто из местных предпринимателей не станет создавать в России мощности по переработке круглого леса, чтобы не уничтожить свой завод в Китае. Так что не стоит ждать, что китайский капитал придет сюда.

А зачем китайцам стремиться инвестировать в лесной комплекс РФ, если им выгоднее заниматься контрабандой?! Всем известно, что полулегальные китайские фирмы перекупают у черных дельцов лес по бросовым ценам, оформляют на него документы и затем гонят кругляк в свою страну. Для китайского бизнеса эта схема и проще, и дешевле. Поэтому чтобы заставить их инвестировать в наши производства, нужно сначала перекрыть все каналы нелегальных поставок леса за рубеж. Но в ближайшей перспективе, думается, это невозможно: в России есть люди, которые хорошо кормятся с такого незаконного предпринимательства.